Откровенно говоря, я не решился бы выносить сор из избы, если бы его еще до меня не вынесли на самом высоком правительственном уровне. В минувший четверг, выступая перед членами комиссии Кнессета по алие и абсорбции, премьер-министр Ариель Шарон специально остановился на этом событии.
”Около двух недель тому назад в Ашкелоне произошел тяжелый инцидент, приведший к госпитализации нескольких репатриантов, - сказал Шарон. - Я резко осуждаю этот инцидент и его последствия, и уже беседовал сегодня по этому поводу с депутатом Кнессета Мариной Солодкиной, которая принесла мне ужасные снимки с места происшествия.
Я знаю, что это тяжелое известие, это ужасно. Я надеюсь, что принимаемые меры приведут к серьёзным изменениям. Также очень важно, чтобы среди репатриантов - выходцев из бывшего Советского Союза не создалось ощущение, что проводится преднамеренная деятельность или проявляется умышленная враждебность по отношению к столь важному и большому сектору нашего общества, как олим в Израиле”.
Вообще-то событие, заставившее главу правительства впервые высказаться столь радикально, само по себе вполне рядовое: полиция побила граждан. Ну, побила и побила, эка невидаль! Бытовое явление. На пространствах бывшего СССР милиция всегда била советских трудящихся, да и в обетованном Израиле полицейское “физвоспитание” - как я намерен показать далее - не такая уж редкость.
Вот и на этот раз все произошло так, как происходит обычно. В городе Ашкелоне полицейская бригада прибыла в квартиру новых “русских” репатриантов, чтобы изъять телевизор за неуплату телевизионного сбора. Есть в Израиле такой пережиток социализма – телевизионный сбор для поддержки штанов государственного телевещания. Его обязан платить любой гражданин, имеющий телевизор. Не имеет значения, что ты никогда не смотришь лобуду государственных каналов и платишь сполна коммерческим, кабельным каналам.
Для людей обеспеченных две-три сотни шекелей – не деньги. Но для новых репатриантов, особенно для стариков, живущих на пособие, это зияющая дыра в скудном бюджете. В Израиле очень многие граждане не желают делиться своими кровными с теледармоедами. Злостных неплательщиков полно и среди состоятельных.Но почему-то жертвами телевизионных облав и шмонов чаще всего становятся именно израильские пролетарии. Что и произошло в Ашкелоне, где к операции “ваш телевизор – наш телевизор” была привлечена полиция.
Дверь в подозреваемой квартире открыла старушка, не понимающая иврит. Полицейские, естественно, не понимали по-русски.
Поэтому, не тратя слов, они отшвырнули старую женщину от двери, а потом очень умело отметелили членов семьи, которые пытались вступиться за жену, маму, бабушку.
Завершилась эта крутая боевая операция уже на улице, при большом стечении публики. Тех из публики, кто пытался возмутиться, стражи порядка, на всякий случай, тоже побили.
Как пишет русскоязычная газета “Глобус”, “в результате действий полиции, одержавшей полную победу над гражданами, несколько человек оказались жестоко избитыми, некоторых отвезли в больницу с переломами. Большинство из пострадавших, как водится, были русскоязычными репатриантами, но досталось и нескольким сабрам, среди которых оказался редактор и хозяин местной газеты, пытавшийся выяснить, что происходит”.
Дальше все должно было происходить, как всегда. То есть, полиция убедительно и неопровержимо докажет, что не она била, а били ее. Суд, как всегда, станет на сторону полиции, и признает виновными не служивых костоломов, а бабушку, так ничего до конца и не понявшую, поскольку судебное заседание проходит на иврите, а по закону суд не обязан предоставлять переводчика.
Тому в истории мы тьму примеров слышим.
В апреле нынешнего года, то есть, еще за три месяца до ашкелонского побоища, израильский Комитет в защиту демократии и прав человека обратился к премьер-министру Ариэлю Шарону, президенту Израиля Моше Кацаву и ряду министров с открытым письмом “О полицейском терроре”. В этом документе изложены некоторые итоги семилетней деятельности комитета. Вот несколько выдержек.
”Немало сил и энергии, по нашим данным, отнимают у полиции издевательства над новыми жителями страны, вина которых более чем сомнительна. Вот типичная ситуация: человека задерживают и просят предъявить удостоверение личности. Если он интересуется причиной задержания и просит предъявить служебное удостоверение полицейского, то на него надевают наручники, доставляют в участок и избивают. Унизив человека, его заставляют подписать протокол и отпускают. Через некоторое время задержанному приходит повестка в суд, из которой он узнаёт о том, что обвиняется в нанесение побоев полицейским. О невиновности задержанных перед законом нам позволяет судить их оправдание в суде - во всех тех случаях, когда Комитет оказывает помощь пострадавшим”.
Чуть ли не ежедневно в Комитет поступают жалобы на насилие в полиции. По состоянию на апрель нынешнего года зарегистрировано более ста случаев.
”Пишет Иосиф Хайкин из города Петах-Тиква: “Во время прогулки по ул. А.Янай подошли двое полицейских, заявив, что я арестован. На мой вопрос, что случилось, они схватили меня и грубо потащили к машине, осыпая оскорблениями и ударами. Подошли ещё несколько полицейских и тоже приняли участие в избиении… Я очнулся закованный по рукам и ногам в полиции… Следователь… со словами «я тебе покажу»… скинул меня со стула и начал избивать ногами,… затем они подняли меня за кандалы и понесли в КПЗ. Когда я попросил воды – на меня направили струю воды из брандспойта. Через полгода я получил повестку в суд”.
Пишет Анна Головина из города Петах-Тиква (в стране 2 месяца): “Пришли двое полицейских по жалобе соседей на шум в квартире. Мы пообещали, что будем говорить тихо. Они не стали меня слушать, подбежали к младшему сыну стали требовать удостоверение личности. Не дожидаясь пока он его предъявит, стали его избивать, муж стал на колени, умоляя не бить сына, т.к. у него была ранее черепно-мозговая травма. Проснулся, спавший после работы, старший сын и попытался узнать, в чём суть конфликта. Увидев его, полицейские вызвали подмогу. Приехали ещё 15(!) полицейских. Они избивали сыновей, надев наручники, увезли их в участок, подали против нас иск в суд. Муж стал инвалидом”.
Пишет Нонна Кроль (65 лет, бывшая учительница) из города Беер-Шева: “Конфликт с соседкой. Пришли двое - мужчина и женщина в полицейской форме… женщина осталась у дверей квартиры, а мужчина вошёл и, не объясняя причину, стал осматривать квартиру… назвал меня воровкой, схватил за руку и стал вытаскивать из квартиры. На мой вопрос… он вытащил наручники… избивал меня ногами… ударил меня в пах. Я пыталась позвать на помощь, они стали меня душить… от удушья я потеряла сознание. Когда сознание стало ко мне возвращаться, я услышала, что в квартире много народа… кто-то пинал меня ногами,… 5-6(!) полицейских схватили меня за наручники и поволокли по полу … Врач в больнице “Сорока” был в шоке… переломаны ноги. Через полтора года пришла повестка в суд”.
В ашкелонском варианте все должно было продолжиться точно так же. Однако у полиции неожиданно возникли небольшие осложнения. Профессиональные ребята с русскоязычного телеканала RTV International раскрутили эту историю и показали сюжет из Ашкелона в программе “Израиль за неделю”. Передачи RTVi смотрят во многих странах мира. Запахло скандалом. Через несколько дней после побоища в Ашкелоне состоялось выездное заседание парламентской комиссии по внутренним делам. Репортаж с заседания тоже показал канал RTVi. Я видел этот сюжет.
Не хочу бросить тень на авторитет народных избранников, но на телеэкране было очень хорошо видно, как под аккомпанемент гневных обвинений, на которые не скупились члены высокой комиссии, ашкелонские полицейские невозмутимо пили кофе и снисходительно переговаривались.
Еще через несколько дней в тель-авивскую студию RTVi была приглашена некая полицейская барышня. Ведущие представили ее как “русскоговорящего следователя полиции города Ашкелона”. Уж лучше бы она молчала…
В поте лица подбирая русские слова, экая и запинаясь, барышня твердила одну и ту же фразу: “Это не является нормой”.
Увы, именно “это” становится нормой в Израиле.
Вот еще выдержка из письма “О полицейском терроре”:
”Многие из аналогичных ситуаций закончились для пострадавших инвалидностью, а нередко и самоубийством. Нами написаны десятки обращений в Ваш адрес (А.Шарона. Г.Б.) и в адрес Президента, направлена масса писем министрам, комиссиям и депутатам Кнессета. Увы, никакой реакции. В стране, как нарыв назрела необходимость реформирования полиции. Первым элементарным шагом в этом направлении на наш взгляд было бы наказание и изгнание из рядов полиции полицейских-преступников, а также тех высокопоставленных руководителей полиции, которые знают об этих преступлениях и прикрывают преступников и садистов”.
Надо сказать, что события в Ашкелоне комментировались, главным образом, в русскоязычных изданиях. Главные газеты Израиля, выходящие на иврите, практически промолчали, если не считать скупой информации. Ивритское телевидение тоже набрало в рот воды. У него на новых репатриантов из стран бывшего СССР вполне определенная точка зрения. На израильском ТВ "русские", как правило, ассоциируются с криминалом. По сообщению агентства «Курсор», в 69 процентах случаев новые репатрианты представляются в информационных выпусках коммерческих телеканалов в негативном плане, в основном, в сообщениях, имеющих отношение к криминальной хронике. Вот если бы “русская” бабуля действительно побила пяток полицейских, то тогда СМИ израильского истеблишмента таскали бы эту тему в зубах день и ночь.
И это лишь часть проблемы.
Еще одна часть состоит в том, что во всех случаях полицейских издевательств пострадавшие становятся жертвами… демократии. Вернее, своего непонимания, какая именно демократия расцветает в Израиле. Пожилые люди, хлебнувшие произвола на доисторической родине, приезжают в Израиль в состоянии правовой эйфории. Насмотревшись американских фильмов, где герои твердят с экрана: “Я плачу налоги и я имею право”, или: “Я буду говорить только в присутствии моего адвоката”, наслушавшись камлания израильских шаманов от политики, наевшись всей этой лапши, наши люди расслабляются и пытаются вести себя по нормам высокой демократии. Кончается такая “демократия” чаще свего на больничной койке, а после – еще и на судебной скамье.
А в целом же проблема состоит в том, что для израильской полиции, в подавляющем большинстве укомплектованной выходцами из Северной Африки, вся “русская” алия так же непонятна, как если бы мы были инопланетянами. Вот что пишет редактор русскоязычной газеты “Глобус” Лазарь Данович, давно живущий в Израиле и не понаслышке знающий ситуацию:
”Спросите у любого израильского полицейского (горстку новых репатриантов, с помпой принятых в последние годы на работу в полицию, пока исключим), считает ли он репатриантов 90-х в полном смысле слова "своими". Служивый в лучшем случае смутится и промолчит. Но в глазах его будет недоумение: "Какие еще свои?! Они же "русские"!" Для него и его начальства алия была, есть и будет Землей Санникова - далекой, загадочной и опасной. Полицейский наряд с большей охотой отправится по вызову или наводке в наркоманский притон, на лежбище конченных люмпенов, в подпольный игорный клуб, только бы не в "олимовский" район. Ведь на "малинах" и "хазах" - как-никак местные, свои, можно сказать, родные. С ними все давно ясно. А эти "русские" - черт их разберет, кто они, чего лопочут, как с ними обращаться?..”
Между прочим, я имею собственный, хотя и небольшой опыт общения с израильской полицией. Нет, меня, слава Б-гу, пока еще не били. Обратиться в полицию меня вынудила беда. Мою жену сбил грузовик. Сбил на пешеходном переходе, на “зебре”. На место происшествия быстро прибыла полиция, машины “Скорой помощи”. Жену с тяжелыми травмами увезли в больницу, где она пролежала два месяца и перенесла несколько непростых операций. Адвокат, к которому я обратился вскоре после этого несчастья, попросил взять в полиции стандартную справку о дорожном происшествии. “У них все в компьютере, - сказал он, - и это дело нескольких минут”.
Я пришел в отдел полиции нашего города Акко. На вопрос, есть ли кто-нибудь, говорящий по-русски, мне ответили, что таких нет. Я перешел на английский. И немолодой полицейский офицер, у которого я попросил справку, ответил, глядя на меня веселыми глазами: “Пусть жена сама придет”. Дальнейший диалог передаю со стенографической точностью:
-Но жена не может прийти, она в больнице и у нее сильно повреждены ноги.
-Пусть придет, когда выпишется.
-Но нет никакой гарантии, что она вообще сможет ходить. И справка нам нужна сейчас, для адвоката.
И тогда офицер, с теми же ясными глазами, подвел итог нашей беседе:
-Это ваши проблемы.
Самое интересное, что у этой истории оказался вполне счастливый конец. Мой сосед по дому, старожил страны, говорящий по-русски благодаря «русской» жене, оказался необыкновенно добрым человеком. Он лично пошел в полицию, за десять минут получил злополучную справку и, более того, привез на своей машине прямо в палату к моей жене полицейского следователя. И машина следствия, до той минуты неподвижная, наконец, закрутилась…
С тех пор я уверен, что у израильских полицейских есть в организме нечто вроде авиационного ответчика на сигнал радара – “свой-чужой”. Он включается автоматически, и при общении с новыми репатриантами так же автоматически выдает команду “Огонь!”.
Работая над этой статьей я зашел на официальный – на русском языке - сайт израильской полиции. Там есть замечательный документ под названием “Этический кодекс полицейского”. А в нем – еще более замечательный раздел “Соблюдение прав человека» с золотыми словами: “Полицейский должен соблюдать права личности каждого человека, проявлять толерантность, стараться укрепить в гражданах доверие к полиции и при этом помнить, что он является их служащим, а не повелителем”.
Откровенно говоря, эти скрижали так же соотносятся с израильскими реалиями, как соотносился с реалиями советскими “Моральный кодекс строителя коммунизма”.
В выступлении главы правительства Ариэля Шарона перед членами комиссии Кнессета по алие и абсорбции, которое я выше цитировал в связи с инцидентом в Ашкелоне, говорится:
”Поскольку мне известно, что это происшествие пробуждает озабоченность и гнев у многих репатриантов, хочу успокоить всех и заверить, что я лично позабочусь о том, чтобы этот вопрос был решен как можно быстрее. Сегодня я беседовал с министром внутренней безопасности, и уверяю вас, что следствие по этому делу будет доведено до конца, и что такие случаи никогда не повторятся”.
Откровенно говоря, верится с трудом. Но поживем – увидим.
Григорий БРЕЙГИН. Sem40.ru.
Ссылка по теме: Исследование: израильское ТВ представляет новых репатриантов в негативном свете
