Центральный Еврейский Ресурс
Регистрация на сайте

Версия для печати


Лев ВИЛЕНСКИЙ

Августа Виктория — средняя башня Масличной горы 

 

Кайзер Германии Вильгельм II сделал для иерусалимского ландшафта немало. Его приезд в 1898 году, когда был подписан "морской закон", всего за несколько дней произвел фурор в тихой провинции Аль-Шам, одном из многих вилайятов Турецкой империи. Город Иерусалим, уже в который раз, лишился части своих стен, хотя на сей раз каменный пояс города потерял лишь небольшую часть свою у Яффских ворот — именно в этот пролом въехал кайзер.

Вильгельм, пафосный, сухорукий, нервный, был удостоен в Иерусалиме совершенно особого приема. Он вошел в город 13 хешвана, в шаббат, 29 октября 1898 года по григорианскому календарю. Триумфальные арки от всех религиозных общин города стояли на пути его следования, украшенные цветами и знаменами. Играл, задыхаясь и надувая щеки, турецкий военный оркестр. Черкесские гренадеры стояли по сторонам улицы Яффо с красными знаменами.

Вычищенный и причесанный, стоял Иерушалаим перед "императором Ашкеназа" — так называли кайзера еврейские газеты. Укрепление дружбы между молодой и полной сил Германской и старой, но молодящейся Турецкой империями стало краеугольным камнем политики Вильгельма на Ближнем Востоке.

Воспитанный в христианской традиции, кайзер не мог не обратить внимания на Иерусалим, город Иисуса, и на положение этнических немцев, паломников и обитателей этого города. Для улучшения их положения и, конечно же, для "ногою твердой стать" на Ближнем Востоке, кайзер выкупил несколько участков земли в Иерусалиме для возведения на них германских учреждений — церковных и светских, форпостов Империи, свидетельств тевтонского могущества.

unnamed-3Один из земельных участков кайзер получил в подарок — это была земля на горе Сион. Вскоре на этой земле появится аббатство и церковь Дормицион.

Второй участок — куплен (по другой версии, подарен) в районе Храма Гроба Господня — на нем по чертежам самого кайзера будет построен Храм Иисуса Искупителя, чья более чем сорокаметровая колокольня до сих пор является одной из доминант пейзажа Старого Города.

Третий участок был выбран супругой кайзера — кайзерин Августой Викторией Луизой Фредерикой Феодорой Дженни, дочерью герцога Шлезвиг-Гольштейнского. Августа преследовала гуманитарную цель — ей хотелось построить санаторий и странноприимный дом для немецких паломников и немцев — жителей Иерусалима и окрестностей. Поэтому земля была выбрана на самом хребте Масличной горы, где летом постоянно дует легкий ветерок, и откуда открывается потрясающий вид на Запад, где прихотливо раскинулся по холмам Иерусалим, на Восток, где за пегими пологими горами Иудейской пустыни лежит Мертвое море, и на Север и Юг, куда продолжаются отроги хребта Иудейских гор, где в древности проходила дорога Праотцев, где в те уже далекие времена конца XIX века лишь одинокий бедуин гулял со своими стадами, да высились среди небольших садов огражденные стеной монастыри. Свежий воздух на высоте 810 метров над уровнем моря (1200 метров над уровнем моря Мертвого), плодородная горная почва, называемая на научном языке terra rossa, лучше места не найти!

По инициативе императрицы в Германии возникло общество сбора денежных средств, названное Ölberg Verein (общество Масличной горы — Ольборг по-немецки), были собраны полтора миллиона немецких марок (миллион из которых собрали жители города Кёльн, где устремлялся вот уже несколько веков в небо исполинский собор), и — в 1907 году — заложен краеугольный камень будущего здания церкви и странноприимного дома имени Августы Виктории. Императрица скончалась в 1921 году, но ее имя, данное немецкому учреждению на Святой Земле, живо в нем до сих пор.

Три года строительства контролировала немецкая фирма Гаузе. По планам архитектора Отто Хоффмана здание строилось в псевдороманском стиле, тяжелое, массивное, с серой черепичной крышей. Мозаики и фрески были заказаны и перевезены из Германии. Камень для здания использовали местный — обработанный иерусалимский известняк "тубзе", работали над проектом арабские рабочие, вызвавшие у Хоффмана ощущение легкого ужаса. Впрочем, дадим слово самому архитектору:

"Вместо того, чтобы здание строилось поэтажно, как в Европе, левая часть его сразу была возведена до самой крыши, средняя часть шла ступенями, безо всякого каркаса. Куча строителей разного возраста и в самых причудливых одеяниях облепила строящегося исполина, часть из них сидела на земле в позе портного, держа между ногами обрабатываемый камень. Между ними прокладывали себе дорогу караваны верблюдов и батальоны невзнузданных ослов. Строительные рабочие стояли наверху, безо всяких лесов, водружая камень на камень. Все это сопровождалось оглушительным шумом и ритмичными арабскими песнями". (перевод мой — Л.В)

В скобках заметим, что Хоффман совершенно справедливо называл рабочих арабами. О "палестинском народе" тогда никто еще не догадывался. Потому что его не существовало как такового.

unnamed-1Три года строительства увенчались полным успехом — на гребне Масличной горы, в 80 метрах выше Храмовой горы, поднялось могучее здание с квадратной в плане колокольней, массивными стенами и внутренним убранством, выполненным с немецкой пунктуальностью и немецким же качеством. Все — от сантехники до кухонной утвари — педантичный Хоффман вывез из Германии. Смета на строительство здания учитывала также огороды с растущей на них петрушкой и мятой, коновязь и колодцы. Церковные барельефы из камня изначально были изготовлены на земле тевтонов из гипса и скопированы (надо отдать должное, весьма искусно) местными мастерами. Облицовка стен церкви из многоцветных гранитов и мраморов также имела европейское происхождение.

Но — поклонясь арабским строителям — Хоффман ввел в церковный мотив мамелюкский орнамент "аблак" — чередование красного и белого камня в облицовке внутренних стен. Имперские орлы украсили входную площадку в церкви, а вход в основной корпус, где помещались покои для паломников, обрамляла огромная каменная арка с тщательно вырезанным на ней орнаментом.

Всего четыре года мирно отдыхали в санатории на Ölberg немецкие колонисты и паломники. Наступил август четырнадцатого, началась мировая война, столь сильно изменившая карту Европы и всего мира. Уже в августе в странноприимном доме Августы Виктории поместился военный госпиталь и командный пункт турецкой армии, в котором, наряду с турецкими, находились и немецкие офицеры. Выгодное расположение башни и удобный обзор делали Августу-Викторию идеальным штабным комплексом. Эти возможности по достоинству оценили и занявшие Иерусалим англичане. Они также основали свой штаб в здании, а после окончания войны в Августе Виктории начал заседать Верховный Комиссар подмандатной британской Палестины Герберт Самуэль. И именно здесь произошла историческая встреча между Лоуренсом Аравийским, эмиром Саудов Абдаллой, министром колоний Уинстоном Черчиллем и самим Гербертом Самуэлем.

Было это в 1921 году. Именно тогда от обещанного еврейскому народу национального очага в подмандатной Палестине была оторвана Иордания, называвшаяся тогда Трансиорданией. Все земли по ту, восточную, сторону Иордана были отданы арабам. Под пока еще сильным британским протекторатом. Это был первый плевок в лицо еврейскому ишуву Палестины. Ишув утерся. С англичанами не хотели конфликтовать. От англичан ждали доброго отношения. По меньшей мере, справедливого. Как говорил Моше Рабейну:

"Справедливости, справедливости ищи, дабы ты был жив и овладел землею, которую Господь Бог дает тебе"
(Дварим, 16, 20)

Так до сих пор ищем мы справедливости у других народов, и не находим ее. Будь то Англия, Россия или США. Впрочем, наш рассказ не об этом.

В 1927 году Иерусалим содрогнулся от сильного землетрясения, пострадало множество домов, в том числе и Августа Виктория. Трещина пробежала по фасаду здания. Британские правительственные учреждения перенесли сначала в дом Фрутигера, он же Бейт Маханаим на улице Пророков (угол улицы Шивтей Исраэль), а затем в роскошный новый дворец, так называемый Армон а-Нацив рядом с кварталом Тальпийот на Горе Дурного совета. Произошел этот последний переход уже в 1933 году. А в 1930 здание начали ремонтировать, причем заботы по ремонту взял на себя орден Диаконис, Diakoniewerk Kaiserswerth.

Этот монашеский орден занимается больничным строительством и уходом за больными. Так в здании возникла существующая здесь по сей день больница. Сегодня ей занимается Всемирная Лютеранская федерация — после Второй мировой войны Германия отказалась от преимущественного права на Августу Викторию.

В годы Войны за Независимость Израиля (1948-49) и по соглашению о прекращении огня Августа Виктория должна была перейти под израильский контроль (она находилась в так называемом "котле Ар-а-Цофим"), но в действительности иорданские войска заняли больницу. В 1966 году БАПОР (UNRWA) модернизировали ее. А в 1967 году, в ходе Шестидневной войны, Иерусалим вновь воссоединился под еврейским контролем, и Августа Виктория стала израильской больницей. Но лишь номинально. До сего дня ей управляет Всемирная Лютеранская федерация, и основная часть больных на 150 койках больницы — арабские жители Иерусалима и окрестных деревень. Они называют больницу Аль-Мутла (Верхняя) и предпочитают ее соседней больнице Аль-Мукасед. Сразу заметим, что больше всего арабские жители Иерусалима и окрестностей любят лечиться в Хадассе и Шаарей-Цедек, огромных медицинских центрах на юге и севере Города. Там условия получше.

И сегодня пятидесятиметровая колокольня церкви Августа Виктория является неотъемлемой частью пейзажа, средней из трех башен иерусалимского горизонта (колокольня церкви Вознесения Христова, Августа Виктория, Еврейский университет Ар а-Цофим). Во дворе больницы — отличное небольшое кафе с вкусным кофе. А виды с колокольни открываются сногсшибательные, хотя для их созерцания вам придется преодолеть 210 ступеней…

Опубликовано: 16-02-2017, 21:15
0

Оцените статью:
Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Добавление комментария