Авторизация с помощью:





Авторизация с помощью:



Все новости

Вчера, 20:46
17-12-2018, 21:36
Главный материал

Версия для печати


 Подрывная микроэкономика


Цель закона — лишить палестинский террор экономического стимула, поначалу представлялась многими экспертами как очередная попытка его сторонников и противников заработать электоральные баллы. Эта версия просуществовала недолго, всего несколько часов, до более внимательного изучения вопроса.

Суть закона 


Справедливости ради следует отметить, что под законопроектом, который в СМИ почему-то называют законом Штерна (Еш Атид) и Дихтера (Ликуд), подписаны 11 депутатов Кнессета, представляющих довольно широкий спектр израильской политики. Среди его авторов, например, Омер Бар-Лев (Сионистский лагерь), Роберт Илатов (НДИ) и даже Моше Гафни из Дегель а-Тора.

Что же касается сути закона, его название совершенно не скрывает намерений. «Закон о замораживании денежных сумм, выплачиваемых Палестинской автономией в связи с террором, из бюджета, который перечисляется израильским правительством» — это дословный перевод. Те, кто поспешили назвать закон популистским, просто не утруждали себя более внимательным изучением четырех пунктов документа. И уж точно не предполагали, что уровень оперативности его реализации будет столь высок.
 
Забегая вперед, отметим, что самое слабое звено в этой законодательной инициативе — слово «замораживание». Оно как бы изначально предполагает «размораживание» на определенных условиях. Закон предусматривает эти условия, и они весьма жесткие: в течение года палестинская администрация должна воздерживаться от финансирования террора — и тогда специальная министерская комиссия рассмотрит вопрос о поэтапном размораживании средств.

Как нельзя кстати известная поговорка «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Нам ли не знать, как непросто будет отстоять эти «замороженные» суммы перед давлением потенциальных посредников в палестино-израильских переговорах.

Первое, что потребуют от нас, — это акт доброй воли в виде «размораживания» денег, предназначенных «угнетенным» палестинским жителям Иудеи и Самарии.
 
Вместе с законопроектом на голосование выставлялось и предложение Роберта Илатова о замене слова «замораживание» на «конфискацию».

Предложение, вероятно, было вызвано именно вышеупомянутыми соображениями. «Конфискация» не предполагает возврата средств по доброй или злой воле. Она бесповоротна для палестинцев. К гипотетическому моменту их исправления, конфискованные средства будут потрачены на увеличения пособий для инвалидов (еврейских и палестинских, разумеется). Но законодатели выбрали вариант не в пользу инвалидов. Только 8 депутатов поддержали инициативу поправки. Поэтому штрафные суммы будем лишь замораживать.

Кто считает 

Закон возлагает миссию подсчета средств, потраченных ПА прямо или косвенно в связи с террористической деятельностью, — на оборонное ведомство Израиля.

Министр обороны будет, согласно закону, представлять специальной комиссии ежегодный отчет о сумме, израсходованной Рамаллой на нужды террора. Именно эту сумму вычтет министр финансов в следующем году из бюджета Палестинской автономии.

Причем ждать год с реализацией планов правительство не намерено. Подразумевается, что первые замораживания средств будут произведены на основе данных, которыми располагает министерство обороны на сегодняшний день.

Министр обороны уже заявил о создании штаба по экономической борьбе с террором. Среди прочего в задачи штаба входит и координация данных по затратам палестинской администрации в связи с террористической деятельностью.

Это принципиально важно. Самое проблемное в подобных законодательных актах, меняющих сам подход во взаимоотношениях с ПА, — их практическое исполнение. Многие грозные решения так и остаются декларацией о намерениях.
 
То, что исполнение взяло на себя Минобороны, где, в отличие от гражданских ведомств, приказы выполняются неукоснительно, то, что сам глава ведомства, Авигдор Либерман , не просто поддержал закон, а давно настаивал на прекращении финансирования террора из средств, находящихся в распоряжении Израиля, — важная гарантия того, что закон будет работать.



Что считают 

Это — главный вопрос. Перед голосованием в Кнессете министерство обороны опубликовало данные о пособиях, выплачиваемых Рамаллой террористам и их семьям. Эти данные и раньше не являлись секретными, но собранные в единую таблицу они отражают совершенно абсурдную картину.

Палестинский реестр выплат заключенным выглядит следующим образом: в первые три года заключения в израильской тюрьме террорист поощряется ежемесячным пособием в размере 1400 шекелей. Следующие два года отбывания наказания приносят ему по 2000 шекелей в месяц, с пятого по десятый год — 6000 в месяц и так далее до максимального пособия в размере 12000 шекелей ежемесячно.

Если кому-то эти суммы покажутся ничтожными подачками для голодных детей террористов, то приведу еще несколько цифр для сравнения:

Зарплата палестинского полицейского — 1500 шекелей в месяц, школьный учитель в Шхеме зарабатывает 1800 шекелей, врач-специалист со стажем — 4000 шекелей. Вот и судите сами — где выгоднее служить.
 
Но палестинскую администрацию беспокоят не эти суммы. В конце концов, выплаты заключенным террористам и их семьям составляют около миллиарда шекелей в год. Такую сумму Абу-Мазен найдет, где украсть.

Дело в том, что новый закон подразумевает под финансированием террористической деятельности не только стимуляцию непосредственных участников терактов, но и все, что определено израильским законодательством как деятельность причастная к террору.

То есть — поддержка, пропаганда, подстрекательство, содействие и так далее. Сумма может выйти далеко за рамки миллиарда шекелей в год, что окончательно подорвет авторитет ФАТХа в глазах потенциального палестинского избирателя.

Все зависит от того, насколько широко штаб по экономической борьбе с террором будет интерпретировать определение «выплат в связи с террором». При самом неблагоприятном для палестинской администрации подходе в сферу интересов штаба вполне может попасть и зарплата самого Махмуда Аббаса, причастность которого к вооруженной борьбе с Израилем никто, включая его самого, не отменял.

Я, разумеется, несколько преувеличиваю опасения палестинской администрации, но уверен, что именно этот аспект послужил главным поводом для паники в высших эшелонах палестинской власти.

Откуда деньги 

О каком, собственно, бюджете, перечисляемом израильским правительством Палестинской автономии, идет речь в законе? Спешу огорчить поклонников и соратников Ханин Зуаби, утверждающих, что сионисты пытаются «наложить лапу» на европейские и американские деньги, предназначенные для будущего палестинского государства.

С декабря 1994 года Израиль, ежемесячно, переводит Палестинской автономии деньги на основании закона о соблюдении экономических соглашений с автономией на нужды жителей Иудеи и Самарии, не являющихся израильскими гражданами. Позже, в 1995-м, был принят подобный закон относительно жителей Иерихона и Сектора Газа.
 
Тогда мы обязались перечислять ПА деньги, взимаемые в виде различных налогов с вышеупомянутых категорий граждан, работающих на израильских предприятиях, пользующихся израильской инфраструктурой, потребляющих израильскую продукцию и тому подобное. Конечно, мы оставляем себе комиссию в размере 25% от суммы, но это невысокая плата, учитывая расходы Израиля на безопасность в связи с работой палестинцев в Израиле. Не говоря уже о прямых расходах по взиманию налогов.

Так что деньги это не американские, а вполне еврейские, израильские и даже сионистские. Мы бы легко распорядились ими сами, но соглашения подписаны, и палестинскими эти деньги стали считаться, когда у нашего правительства образца 1994 года был определенный кредит доверия к руководству Палестинской автономии. А у нас был определенный кредит доверия к тому правительству.

Оба кредита давно себя исчерпали, но деньги мы исправно продолжаем перечислять, несмотря на изменения обстоятельств. Точнее — продолжали.

Проверка на юридическую прочность 

Закону еще предстоит пройти проверку на конституционность в БАГАЦе, что может оказаться непросто. Но если бы правительство приняло самостоятельное решение о замораживании денег, первый же иск в БАГАЦ любой пропалестинской организации закончился бы отменой решения. Вспомните вердикт Верховного Суда, касательно решения правительства о невыдаче тел палестинских террористов? Нет у правительства законных полномочий для нарушения международных соглашений или даже покушения на подобные нарушения. Другое дело — Кнессет. Законодателя, конечно, тоже можно и нужно иногда «бить по рукам», если он не в состоянии аргументировать свои позиции. Но процедурно это намного сложнее.

В данном случае, если вопрос будет поднят в Верховном Суде, сомнение, на мой взгляд, может вызвать лишь вариант широкой интерпретации понятия «выплат в связи с террором». Вероятно, законодателю придется гарантировать неприкосновенность зарплат палестинских чиновников и прожиточный минимум автономии. Но гарантировать власть Абу-Мазена мы не обязаны.

Экономическая борьба с террором — это не точечная ликвидация. Ее успех или провал не сразу заметны. И уж точно нельзя выбирать экономические санкции для сольного выступления. Они — запасной фронт, открывать который целесообразно в забеге на длинную дистанцию. Похоже, наши отношения с палестинцами — именно такой случай.

Источник: xprt.co.il | Оцените статью: 0

Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Добавление комментария


Наш архив