Центральный Еврейский Ресурс
Карта сайта

Версия для печати


Еврейский волкодав -Давид Курлянд.



Бандиты не могли его подстрелить – считали заговоренным и за глаза называли волкодавом. Он и впрямь охотился на криминальных «волков» – обезвредил банды «Черная кошка», «Одесский Тарзан» и «Додж ¾». Увековечили же память опера Давида Курлянда в сериале «Ликвидация» – именно с него списан образ Гоцмана, сыгранного Машковым.

Без криминала история Одессы была бы неполной – даже знаменитое выражение «Одесса-мама» обязано произошедшему здесь крупнейшему в СССР ограблению банка, после которого город стали называть «мамой» преступности. Центром одесского преступного мира была Молдаванка – настоящий конвейер по производству криминальных авторитетов, место, где преступный бизнес передавался по наследству. Но не все рожденные здесь готовились к криминальной жизни сызмальства – некоторые, наоборот, вставали на путь борьбы с преступностью.
Одним из таких был Давид Михайлович Курлянд, заслуживший авторитет не только среди правоохранителей и горожан, но и среди самих уголовников, уважавших его за честность и верность данному слову. Бывало, что после общения с ним даже матерые рецидивисты становились на путь исправления – причем Курлянд добивался этого без всяких угроз и насилия, одним лишь словом. Будучи всегда доброжелательным, он свято чтил закон, став настоящей грозой уголовников и получив от них прозвище Одесский волкодав. Именно Давид Курлянд – сотрудник одесского уголовного розыска – послужил одним из прототипов образа Давида Марковича Гоцмана в сериале «Ликвидация».
Давид Курлянд родился в 1913 году на Молдаванке, где в свое время поселились после переезда из Вильнюса его родители. Отец по профессии был печником-строителем, мать же воспитывала троих детей, младшим из которых был Давид. Вслед за его рождением грянула Первая мировая, затем революция и Гражданская война – голод и смерть были частыми спутниками детских впечатлений Давида. И без того бедственное положение семьи омрачилось смертью отца – мать не могла прокормить троих детей и в итоге отдала младшего Давида в детский дом.
«Мне было семь лет, – вспоминал Курлянд, – когда я оказался в одном из детских домов, где находился в период с 1920 по 1922 годы. И только после окончания Гражданской войны, когда старший брат был демобилизован из Красной армии и вернулся домой, он забрал меня из детского дома». Давид пошел по стопам отца и устроился помощником печника. Потом закончил школу фабрично-заводского ученичества и пошел на производство сапожником, в свободное время подрабатывая кладкой печей на заказ. Затем последовали комсомол и вступление в народную дружину, а вскоре – и в специальную группу при ней, уже активно помогавшую милиции обезвреживать опасных преступников. Инициативного Курлянда там заметили и направили по комсомольской путевке служить в милицию – в уголовный розыск. Так в 1934 году Давид стал помощником оперуполномоченного.



Работы у одесской милиции в то время было предостаточно: бандиты не давали покоя гражданам, а те, в свою очередь, нескончаемым потоком шли в милицию. В отличие от многих своих коллег, Курлянд не ограничивался формальным протоколом. Он проникался сочувствием к пострадавшему, буквально брал того за руку и шел с ним на место преступления. Первые же месяцы работы показали его талант к розыскному делу: сочетание интуиции и особого, душевного подхода позволяли Давиду раскрывать дела моментально. За несколько лет Курлянд прошел путь от помощника до старшего оперуполномоченного, планировавшего сложные операции по обезвреживанию банд. Сам Давид во время каждого захвата был в первых рядах – правоохранители неминуемо несли потери, но Курлянда бандитские пули словно обходили стороной. Из-за этого преступники считали его заговоренным, а вскоре наградили и прозвищем Одесский волкодав.
«Давил» бандитов Курлянд действительно беспощадно, но «без подстав», за дело, открыто и по закону. В ходе одной из операций по задержанию преступника его застала и весть о войне. На протяжении двух с половиной месяцев он защищал свой родной город от фашистов, пока его насильно не эвакуировали на одном из последних суден, уходивших с войсками из города. Тогда, вместе с почти стотысячной группировкой войск, эвакуации подлежали и ценные трудовые кадры. Уезжать Курлянд не хотел, но без него на судно не брали его жену и сына. При этом ни мать, ни сестру забрать не дали – оставшихся в городе, их расстреляли фашисты.
Курлянда откомандировали в Узбекистан, где он служил замначальника республиканского угрозыска. Его отозвали только в марте 44-го – в это время советские войска подходили к Одессе, и Давид принял участие в освобождении родного города. Вечером 9 апреля 1944 года он вошел в Одессу вместе с войсками Красной армии. На следующий день город праздновал свое освобождение, но криминогенная обстановка была такова, что Давиду Михайловичу и его коллегам отмечать было некогда. В городе и окрестностях орудовали банды диверсантов, сформированные перед отступлением немецкой и румынской армиями с целью дестабилизации жизни города. К тому же никуда не делись и местные уголовники, более чем нахально пользовавшиеся ситуацией. Так, буквально через десять дней после освобождения от фашистских захватчиков одесситы с негодованием читали объявление, расклеенное на улицах города: «Граждане! Ваше хождение по городу – с 8 утра до 20 часов вечера, а с вечера до 8 утра – наше». Объявление подписала банда «Чёрная кошка».
Стоит сказать, что по стране банд с таким названием было несколько. Благодаря сериалу Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя» самая известная из них – московская, с которой отчаянно боролись Глеб Жеглов и Володя Шарапов. Но только вот подлинная история московской банды была намного скромнее, чем у ее одесских «коллег», с которыми пришлось столкнуться Курлянду. Ведь как только сгущались сумерки, в Одессе начинались грабежи, убийства, налеты и ограбления. Город вымирал по вечерам: люди боялись выходить на улицы. Помимо «Черной кошки» город терроризировали банды «Додж 3/4», «Одесский Тарзан» и другие.
Однако за относительно короткое время порядок в городе был наведен, члены банд выловлены, а их главари, оказавшие сопротивление, уничтожены. Занимались этим в основном сотрудники уголовного розыска. В частности, обезвреживанием «Черной кошки» и захватом ее главаря занимался лично Курлянд. Что касается ликвидации преступников в Одессе под руководством маршала Жукова, то такая операция под кодовым названием «Маскарад» действительно проводилась, но большинство сведений о ней до сих пор засекречено. Тем не менее некоторые исследователи полагают, что, скорее всего, она проходила больше на бумаге в виде отчётов, за которыми стояли преступления, раскрытые обычными одесскими милиционерами.



В 1960-м Курлянд был назначен заместителем начальника отделения уголовного розыска Одесской области. При этом вместе с семьей он продолжал жить в коммунальной квартире – пользоваться должностью Курлянд не умел. В его понимании закон был один для всех. Сверху же ему, возможно, давали понять, что это не так – не проработав в новой должности и трех лет, Курлянд вышел на пенсию. Но и тогда он продолжил консультировать бывших коллег. Кроме того, читал лекции в Одесской школе милиции и собирал в архивах материалы о подвигах своих товарищей по оружию. Многие из его публикаций находятся в музее истории ОВД Одессы. Там же находится и дневник воспоминаний, в котором Давид изложил самые значимые из расследованных им дел. Каждому такому делу Курлянд дал оригинальное название: «Оборотень», «И оружие не помогло», «Случайное задержание», «Неудавшаяся гастроль», «Импортный макинтош», «Яшка-Китайчик», «18-летний губернатор» и другие. Это не столько мемуары, сколько зафиксированный опыт, который он хотел сохранить для будущих поколений.



Давид Курлянд умер в 1993 году от инфаркта. Всеобщая известность пришла к нему посмертно почти через 15 лет – после премьеры телесериала «Ликвидация», главный герой которого был во многом списан с него. Тот же сериал послужил и толчком к созданию скульптуры одесского милиционера. Она установлена у здания полиции на Еврейской улице, и местные жители называют ее памятником Гоцману, за которым незримо присутствует образ Давида Михайловича Курлянда.

Автор 
Алексей Викторов

Опубликовано: 8-06-2019, 02:48

Оцените статью: +7
Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.
  1. «Плюнь в проблему, попадешь в еврея…»с
    Сын Курлянда так высказался о воплощении Машковым его отца:
    "Образ замначальника уголовного розыска Одессы полностью исказили. Машков не похож на отца, который был ещё добрее. А вот внешностью вроде похож. Жаль, что во время съемок со мной не советовались. Это разочарование сказалось даже на моем здоровье. Я же сердечник… Но приятно, что об отце сняли фильм. Он заслужил, отдав работе в органах. Все его уважали и боялись, бандиты в том числе."

    ТОЖЕ МИЛИЦИОНЕР
    В советской милиции служили и другие евреи:
    Королева Марго
    «Имя Семена Рудштейна было на слуху во Львове в 50-80 годы. Обладая незаурядным даром сыщика, он раскрывал самые сложные и запутанные уголовные преступления. Когда расследование заходило в тупик, когда казалось, что все безнадежно, высшее начальство бросало на прорыв Рудштейна. Дескать, пусть он пошевелит своими еврейскими мозгами, скумекает, как запутанный узел развязать. Ну, а кому лавры достанутся — посмотрим. Понятно, приказы отдавались не в такой форме, Но их подтекст очевиден.
    Так, например, Рудштейн стал той соломинкой, за которую ухватились, спасая гиблое дело, получившее потом красивое название «дело королевы Марго».
    Милиция прямо-таки на ушах стояла. 27 квартирных краж Наглых, дерзких, совершенных прямо средь бела дня. В городе орудовала очень слаженная воровская группа, уверенная в своей неуязвимости. На протяжении семи месяцев уголовный розыск не мог напасть на след преступников, и те наглели еще больше. Начальник городского Управления внутренних дел постоянно оправдывался в горкоме партии, снимали с него стружку и в МВД республики. Замминистра МВД в свою очередь вызывали на ковер в ЦК КП Украины. Куда смотрит милиция? — вопрошал народ. Дальше тянуть было некуда. Тогда-то и подумали о Рудштейне, который в ту пору вовсе не занимался оперативной работой, а всего лишь возглавлял отделение по делам несовершеннолетних. И почему-то именно Рудштейну поручили, вернее, приказали возглавить специальную оперативную группу по раскрытию тех дерзких квартирных краж.
    — Желаю успеха, — сказал начальник городской милиции — тот самый, с которого снимали стружку.
    То, как капитан Рудштейн повел расследование, должно войти в учебники по криминалистике. А может, уже и вошло, не знаю. Разгадывая хитроумный ребус, составленный преступниками, он проявил настоящее творчество, нестандартность мышления и просто смекалку. В результате воровская шайка, которая так долго терзала город, была обезврежена.
    Семен Рудштейн дослужился до звания полковника милиции. Правда, некоторые из его подчиненных, его учеников стали генералами. Но, как говорится, и на том спасибо».
    («Криминальное ретро».)


    Оценить комментарий: 0
    удалить комментарий
  2. Вопиющая неточность: "...даже знаменитое выражение «Одесса-мама» обязано произошедшему здесь крупнейшему в СССР ограблению банка, после которого город стали называть …". Выражение «Одесса-мама» возникло задолго до образования СССР. Мамой Одесса стала к концу XIX века, и это прямо связано с ее становлением как центра преступного мира Российской империи. Одесса являлась большим культурным центром, большим поротом зоной Порто Франко (беспошлинной торговли) Сюда приезжали музыканты, художники и торговцы не только со всей России, но и из других стран. А там где много торговли, там и криминал, что способствовало и привлекало в Одессу множество воров всех мастей. Так вот и прозвали Одесса -мать для воров.
    Ростов стал называться папой, за счет песни, уголовная и блатная, и в ней фраза напев- «Ростов-папа! Одесса-мама шлет привет!» Отсюда и пошло именование и закрепление. По обстоятельствам два города, два южных рассадника преступности, босяки ставили эти рассадники на один уровень и от них пошло-папа и мама. В тот период в криминальном мире принято существовать бродягой, и когда такого бродягу ловили для выяснения личности, он обычно не имел паспорта, на вопрос о своих папе и маме -гордо говорил- Ростов папа, Одесса мама. Два криминальных города того времени.


    Оценить комментарий: 0
    удалить комментарий

Добавление комментария

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Если Вы не видите или для Вас слишком сложный код, нажмите на картинку еще раз.