Центральный Еврейский Ресурс

Александр Левенбук — патриарх российской эстрады и худрук единственного в России еврейского театра с гостеприимным именем «Шалом». Некогда ведущий ультрапопулярной программы «Радионяня», а также артист-юморист и режиссер с 60-летним стажем  — о современном юморе и эстраде, о русском языке и о возрасте вечности — и о «Радионяне», кстати, тоже.

«Евреев в «Радионяне» было просто пруд-пруди, и нас так любили внуки Брежнева!..» 

 - А театр ваш, кажется, все еще закрыт?

    - Семь лет уже на ремонте.

 - Откроется?

    - Надеемся.

 - Трудно ничего не делать…

    - Трудно, поэтому мы, даже не имея свой площадки, поставили спектакль. Даже два:  «Плохие евреи» и «Вечер еврейского рассказа».

 - Значит, не так все плохо…

 - Просто живем надеждой. Неумирающей надеждой.  Еврейский народ четыре раза мог погибнуть, но, благодаря нашей общей надежде, он жив и по сей день. И на нашем «Вечере еврейского рассказа» — тоже аншлаги. И это на камерном спектакле, где просто рассказывают, сменяя друг друга. Это великая роль слова, которое, как вы помните из Торы, было в самом начале. А когда это еще и слово Георгия Данелии или Михаила Жванецкого!.. Кстати, сегодня разговорный жанр находится в самом расцвете сил.

 - Что вы имеете в виду?

 - Cегодняшняя эстрада потеряла оригинальный жанр, жанр танцевальный, а разговорный — расцвел: «Измайловский парк», «Comedy Club», «Уральские Пельмени»…

 - Это ниже пояса, да и мат льется с эстрадных подмостков…

 - «Мат — всего лишь часть русского языка». Помните, кто сказал?

 - Нет.

 - Анна Андреевна Ахматова.

 - Просто в ее пору гимназистки не говорили друг с другом матом, а сейчас — вовсю.

 - Да, это ужасно, как и сплошные заимствования. Ну, неужели нельзя сказать не «паркинг» а «автостоянка», да и какой «шопинг» может совершить бедная пенсионерка за 50 рублей в своем магазине? Вот с этим боролась наша «Радионяня». Боролась 30 лет — и, я считаю, вполне успешно. Передача была невероятно популярна, и в результате сегодня Институт русского языка приглашает меня, как почетного гостя, на фестиваль «Истоки». Мне лестно. А нашу «Радионяню» не мог закрыть даже всесильный Лапин, знаете? почему?

 - Нет.

    - Потому что внуки Брежнева нас любили.

 - А зачем надо было вас закрывать?

    - Сергей Лапин, руководивший тогда радио и телевидением, закрывал всех, у кого была «пятая графа» не только в паспорте, но и на лице. Закрыл Нину Бродскую, Ларису Мондрус, Ваддима Мулермана…  А у нас в «Радионяне» тоже были и Александр Лившиц, и Аркадий Хайт, и еще, пардон, я…

 - …и Николай Литвинов…

    - …он был грек. Но были Михаил Танич, Владимир Шаинский…

 - Вас вообще не коснулась цензура?

    - Касалась, как и всех в ту пору: вырезали кусками и не предупреждали даже. Но не закрыли. И сегодня «Радионяня» продолжает свою жизнь в книгах и дисках.

«Если еврей-импровизатор неудачно отвечал на вопросы, за него хлопотал еврей-заступник с весом в обществе» 

 - Вы, кажется, тоже книгу написали?

    - И уже далеко не первую. «Крошки в кармане» называется. 10-го сентября представлю ее публике в «Библио-Глобусе». Это мои краткие заметки и эссе, которые я называю «ворчалки» (про то, что мне не по душе) и «урчалки» (про то, что ее греет). Их можно читать с любого места и положить в любой карман. Удобно.

 - Вы также известны как изобретатель и рассказчик анекдотов…

 - Тут больше Юрий Никулин. И Геннадий Дудник с Львом Дуровым.

 - Дудник?

    - Его совсем забыли. Как и Илью Набатова — мастера политической сатиры. Когда-то и такая была у нас на эстраде, а евреи в ней превалировали совершенно определенно. То есть еврейской темы как таковой на эстраде не было, зато самих евреев было предостаточно. Это как, знаете, понятие  «ж…» есть, а слова такого нет.

 - А кого успели застать?

    - Почти всех. Владимира Хенкина, правда, видел всего лишь раз. Он за один вечер успевал в нескольких концертах выступить. И если где-то была задержка, он разворачивался и с восклицанием «Покрышкин в воздухе!» — прыг в машину — и след простыл. Да что там Хенкин! Я успел застать даже Алексея Алексеева, который родился в позапрошлом веке, и на самом деле был, разумеется, Лифшиц.

 - Не много ли Лившицев?

    - Много. Еще был куплетист Александр Шуров, что выступал в дуэте с Николаем Рыкуниным. Но были и другие. Например, Аркадий Райкин , которому, с моей точки зрения, не уступали Жванецкий и Роман Карцев. Был и Михаил Гаркави, муж Лидии Руслановой, которому дозволялось, одному из очень немногих, импровизировать на сцене и который отвечал в зале на вопросы публики.

 - И не забрали?

    - Кого- то и забирали. Опасное было это дело — импровизация.

 - А кто вообще цензурировал?

    - 185 инстанций, но главными были Москонцерт, Минкульт и Главлит. Но были и заступники…

 - А это кто?

    - Так опять они — с «пятой графой». Кобзон , например, заступался за эстраду, которую раньше ни в грош не ставили. А у него был вес, он был личностью, мог похлопотать за гонимых.

 - А эротика на эстраде была?

    - Нет, считалось, что по́шло это.

    - А денди были?

    - Денди были. Но мало. Брунов, например. С сигарой в зубах и в элегантном канотье.

Шана това, или С Новым годом! 

 - Ностальгируете по тем временам?

    - Нет.

 - Почему?

    - Потому что люблю русский язык. Ностальгия — это тоска по родине

 - Вам на родине сегодня что-нибудь нравится?

    - Максим Галкин. Он очень талантлив. Он мастер не пародийного, а пародического жанра. Был когда-то такой блистательный Виктор Чистяков. Он пародировал артистов, отдельных людей. А Галкин пародирует еще и целое явление.

 - Ваш театр ставит спектакли исключительно на еврейскую тему…

    - Потому что мы еврейский театр.

 - Так и ГОСЕТ Соломона Михоэлса тоже был еврейский, но там шел «Король Лир».

    - На идише, и был самый популярный спектакль. Для меня это загадка, тайна.

 - А «Габима», «Гешер»?

    - Это израильские театры, а не еврейские, это театры, которые ставят немецких авторов, русских… А мы зато поставили «Плохих евреев» Джошуа Хармона. И целых два действия в одной комнате четыре человека спорят о едином на потребу: что важнее — принадлежность национальная или государственная. Это как сравнивать  мозг и тело, когда одно просто невозможно без другого. И как слушает зал каждое слово. Огромный успех!  

 - Вам только что исполнилось 88…

    - Ну, ведь, не 120…

 - А с выхода «Радионяни» прошло 50. Не возродить ли ее или не сделать ли «Теленяню»?

    - Нет, это уже совсем другой жанр, совсем иное искусство.

 - Современное детское радио вам нравится?

    - Я его почти не знаю. Но вскоре пойду на Первый канала для участия в записи Рош а-Шана. Будем петь, плясать и рассказывать про шофар и яблоки с медом. Так что пошел уже собираться. А вас — с наступающим. Шана Това!

 - И вас — с Новым годом!


Александр Шундрин 

Опубликовано: 1-09-2021, 08:52
0

Оцените статью: +2
Если Вы заметили грамматическую ошибку, Вы можете выделить текст с ошибкой, нажав Ctrl+Enter (одновременно Ctrl и Enter) и отправить уведомление о грамматической ошибке нам.

Добавление комментария

  • Имя:

  • E-Mail:

  • Комментарий( минимум 10 символов ):

  • Вопрос:

    У Лены было 6 карандашей. Мама купила ещё 4 карандаша. Сколько карандашей стало у Лены?

    Ответ: