SEM40 / Истории об умных людях

Истории об умных людях




То, что делают ваши неприятели, приобретает своё значение или важность от того, как вы на это реагируете.
Поэтому промчитесь сквозь или мимо них.
Не задерживайтесь на них мысленно или вербально; не гордитесь тем, что вы простили или забыли их, — на худой конец, первым делом забудьте.
Так вы избавите клетки вашего мозга от бесполезного возбуждения; так, возможно, вы даже можете спасти этих тупиц от самих себя, ибо перспектива быть забытым короче перспективы быть прощённым.
Переключите канал: вы не можете прекратить вещание этой сети, но в ваших силах, по крайней мере, уменьшить её рейтинг.
Иосиф Бродский



Хемингуэй лежит в саду в гамаке. Сосед проходит и спрашивает его: 
- Отдыхаешь? 
- Нет, работаю. 
Вечером сосед возвращается, а Хемингуэй лопатой перекапывает приствольный круг яблони. Сосед спрашивает: 
- Работаешь? 
- Нет, отдыхаю...

В юности поэт Иосиф Бродский научился ловко чиркать спичкой о штаны. Конкретно говоря – о задницу. Чиркнет – спичка загорается. Боже, как он гордился своим достижением! Как дорожил этим бессмысленным и малоприличным навыком. Как охотно и неутомимо его демонстрировал. Как радовался, если у других не выходило. Как торжествующе хохотал.
Впоследствии Бродский стал очень знаменит. Переведен на множество иностранных языков. Удостоен нескольких международных премий. Безусловно станет Нобелевским лауреатом. Однако таким гордым я его больше не видел. Таким безгранично довольным собой. Таким неподдельно счастливым. Видимо, его тяготил комплекс собственной исключительности. Он был незауряден и страдал. Ему хотелось быть таким, как все. То есть, ругаться матом, пить неразбавленный спирт…Чиркать спички о задницу. 
Трудно притвориться гением. Еще труднее гению притвориться заурядным человеком.
Сергей Довлатов, «Сентиментальный марш».



Юный Константин Райкин , будучи человеком и темпераментным, и литературно одаренным, вел донжуанский дневник. Записывал, так сказать, свои впечатления от начинающейся мужской жизни. 
По всем законам драматургии, однажды Костя свой дневничок забыл, в раскрытом виде, на папином рабочем столе — и, вернувшись из института, обнаружил родителей, с интересом изучающих эту беллетристику. 
— Да-а, — протянул папа. — Интересно… Я в твои годы был скромнее, –—сказал он, чуть погодя. 
— Ну, ты потом наверстал, — заметила мама, несколько испортив педагогический процесс. Но педагогический процесс только начинался: Райкин -старший вдруг сменил тему. 
— Знаешь, Котя, — сообщил он, — у нас в подъезде парикмахер повесился… 
Котя не сразу уследил за поворотом сюжета: 
— Парикмахер? 
— Да, — печально подтвердил Аркадий Исаакович. — Повесился парикмахер. Оставил предсмертную записку. Знаешь, что написал? 
Райкин -старший взял великую педагогическую паузу и, дав ребенку время сконцентрировать внимание, закончил: 
— «Всех не перебреешь!»
Виктор Шендерович



«С годами жизнь отнимает у человека главное — предвкушение. Предвкушение любви, богатства, удачи, славы… Она отнимает тот счастливый озноб, пугливое сердцебиение, мучительно-сладкое преодоление мига, часа, дня — на пути к предвкушаемому.
Писатель Ремарк как-то сказал, что если от жизни ничего не ждать, то никогда не испытаешь горького разочарования от краха иллюзий. А если жизнь что-то решит тебе дать, это станет приятным сюрпризом.
И я понимаю, что он прав. В теории. А на практике я так жить не могу. Мне уже много лет, а вот надеяться на чудо — не могу перестать.
Раньше я думала — а вдруг, я вырасту и стану известной пианисткой?
А теперь думаю — а вдруг, мой сын вырастет, и станет известным программистом?
Глупо, скажете Вы? Но, по крайней мере, интерес к жизни не иссякает. Так что, дорогие мои, не переставайте мечтать и фантазировать. Так мы убегаем от старости».
Дина Рубина

1-10-2020, 00:25
Вернуться назад